bmpd (bmpd) wrote,
bmpd
bmpd

Category:

«Принц Мухаммед в любом случае должен как-то ответить»





Уже известно, что при атаке на НПЗ Saudi Aramco использовались в общей сложности 25 средств поражения: 18 беспилотников и 7 крылатых ракет. И почти все они с филигранной точностью поразили намеченные цели. На специально созванной на пресс-конференции в Эр-Рияде саудовские военные прямо обвинили в этом террористическом акте не йеменских повстанцев, а непосредственно Иран. Каким может быть ответ Саудовской Аравии и почему система ПВО этой страны оказалась неспособной отразить агрессию в интервью Алексею Хазбиеву для журнала «Эксперт» рассказал заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко.

Макиенко Огарковские чтения 2018

Заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко (с) ЦАСТ




— Американская разведка насчитала как минимум два десятка прямых попаданий в нефтеперегонные заводы в Абкайке и Хурайсе. Почему же ПВО Саудовской Аравии пропустила такой массированный удар, не сбив ни одного средства поражения?

— Первое – эффект неожиданности. Хуситы приучили саудитов к регулярным ударам баллистическими ракетами по военным объектам и аэропортам, в том числе Эр-Рияда, но саудовскую нефтяную инфраструктуру они почти не трогали. И, таким образом, ввели саудовских военных в стратегическое заблуждение. Второе – у Саудовской Аравии нет эшелонированной системы ПВО. А та, что есть, выстроена по американскому образцу. Ее главная особенность – наличие лишь двух сегментов: комплексов дальнего действия типа Patriot PAC2/3 – и ПЗРК. Но если в США такая архитектура логична, потому что ПВО этой страны и ее европейских партнеров обеспечивается авиацией, которая почти всегда действует в условиях господства в воздухе, то в случае с Саудовской Аравией такой вариант, очевидно, не годится. Им не хватает комплексов средней дальности – С-350 или «Бук-М3». И третье – БПЛА – очень сложная цель для ПВО. Там почти нет металла, поэтому современные беспилотники крайне сложно обнаружить и идентифицировать. Если с крылатыми ракетами конструкторы противовоздушных комплексов учатся бороться с восьмидесятых годов прошлого века, то с малозаметными ударными беспилотниками – лишь с середины двухтысячных. Но самое главное то, в последнее время произошла пролиферация: БПЛА сейчас уже есть не только на вооружении развитых стран, но и у повстанцев, террористических группировок, да и вообще у кого угодно. Такое положение вещей объясняется крайне низкой стоимостью таких аппаратов – всего несколько сотен долларов. При том, что цена одной ракеты комплекса Patriot PAC3 доходит до 5 миллионов долларов. Получается, что расходы на противовоздушную оборону непропорционально велики в сравнении со стоимостью атакующего средства.

На самом деле, то, что мы видели в Саудовской Аравии — это своего рода революция в военном деле, сравнимая если не с Перл-Харбором, то уже во всяком случае с рейдом британской авиации на Таранто. Это рубежное событие, которое заставляет по-иному взглянуть на проблему защиты критической инфраструктуры. Встает вопрос поиска новых и самое главное дешевых технологических средств борьбы с БПЛА, которые не разорят обороняющуюся сторону. И в этом состоит основной вызов, в том числе и для России.

— Что это могут быть за средства? Лазерные комплексы и рельсотронные пушки?

— И это тоже. Но прежде всего — средства радиоэлектронной борьбы, которые подавляют либо искажают сигналы навигационных систем. Точность поражения главным образом зависит от точности навигации. Если мы принимаем на веру, что БПЛА взлетели из Йемена с территории, которую контролируют хуситы, то им до целей в Саудовской Аравии требовалось пролететь порядка тысячи километров. Понятно, что при такой дальности йеменский беспилотник должен иметь возможность принимать сигнал какой-то глобальной системы позиционирования (вроде GPS или ГЛОНАСС), или же иметь автономную систему навигации. Но в последнем случае это сразу делает такой аппарат намного сложнее и дороже. Тем не менее, задача вывода из строя навигации БПЛА вполне успешно решается так называемыми GPS-джаммерами. Это довольно дешевые глушилки, которые применялись еще во время второй войны в Заливе в 2003 году. Иракцы тогда не поняли значения этого оборудования, но эта техника предлагалась им накануне войны дружественными странами.

— А как обстоит дело со средства РЭБ у нас?

— Есть мнение, что Россия чуть ли не мировой лидер в этой области. Реальное положение вещей мы, конечно, не знаем. Но если помните, то примерно два года назад многие водители заметили, что возле Кремля их автомобильные навигаторы не работают или постоянно фиксируют сбой: вместо центра Москвы эти устройства показывали карту аэропорта Внуково. То есть машина, судя по навигатору, находилась на взлетной полосе. Это означает, что Кремль защищен – вокруг него работают весьма эффективные средства РЭБ. Безусловно, ситуацию в Саудовской Аравии наша страна должна использовать для рекламы российской радиоэлектронной техники, предложить ее на экспорт вместе с новыми средствами ПВО. Уже ясно, что борьба с несанкционированным вторжением БПЛА должна быть комплексной. То есть, включать в себя средств РЭБ, огневые средства, непрерывный поиск и уничтожение стартовых позиций противника, электронную разведку. Ну и конечно, разработку средств поражения на новых физических принципах – тех самых рельсотронов и лазеров. Но помимо всего этого, объекты можно закрывать и чисто механическим способом.

— Это как?

— Например, в Нагорном Карабахе есть очень сложные зоны, которые невозможно прикрыть системами ПВО – это ущелья в горах. Когда в такие ущелья входит вертолет или дозвуковой самолет, обнаружить их практически невозможно. Выныривая из ущелья, такой штурмовик может нанести внезапный удар по Степанакерту. Так вот армяне просто перекрыли эти ущелья металлическими тросами и даже вроде бы сбили таким образом один летательный аппарат. Дешево, просто и эффективно.

Что же касается таких объектов, как НПЗ, то их вполне можно чисто механически защищать помимо всего прочего еще и аэростатами заграждения и протянутыми между ними тросами, как это делали во время Второй мировой войны. Более того, между этими аэростатами тоже можно натягивать тросы, сети и так далее.

— Наша военная база Хмеймим в Сирии едва ли не первой столкнулась с атакой вражеских ударных БПЛА кустарного производства в начале прошлого года, когда были повреждены или даже уничтожены два истребителя Су-35. Как мы решили вопрос защиты этой базы?

— Уже почти год по Сирии нет никакой информации. Если раньше нам чуть ли не каждый день в новостях сообщали количество боевых вылетов, какие удары наносились и где, то теперь вся информация подобного рода очень тщательно фильтруется, не говоря уже о потерях. Понятно, что там стоят комплексы ПВО малой дальности и ближнего действия – «Тор» и «Панцирь», которые прикрывают С-400. Безусловно, есть и средства РЭБ, всевозможные глушилки и проч. Так что скорее всего Россия смогла построить вокруг Хмеймима эффективную систему объектовой обороны от БПЛА. В общем можно предполагать, что Россия на сегодня обладает самым большим в мире опытом борьбы с кустарными дешевыми и смертоносными БПЛА.

— Первое что бросается в глаза при взгляде на снимки заводов в Абкайке и Хурайсе – это поразительная точность ударов. Однако все знают, что у хуситов до сих пор не было крылатых ракет с дальностью полета более тысячи километров, как и БПЛА, способных преодолевать такие расстояния…

— Точность поражения целей действительно впечатляет. Но надо понимать, что мы не имеем достоверной информации и не можем уверенно утверждать, откуда все эти средства поражения прилетели. В принципе почти все что показывали по ТВ, можно поставить под сомнение. Более того, это вполне могла быть и комбинированная операция, а цели на земле подсвечивались или даже поражались диверсантами. Но если это действительно сделали хуситы, запустив свои крылатые ракеты и БПЛА из Йемена, то конечно, они использовали те или иные наработки и технологии, которые есть у Ирана.

— Иран за последние шесть лет достиг заметных успехов в создании баллистических ракет, разработав как минимум три новых модели. Но вот с крылатыми ракетами дела там обстоят не блестяще…

— Вообще представление об Иране как о мракобесной теократии глубоко ошибочное. В некоторой степени это весьма прогрессистский режим, а их инженерная культура далеко не такая убогая, как это может показаться на первый взгляд. Несмотря на то, что это весьма изолированная страна, там, например, до сих пор эксплуатируется внушительный парк истребителей F-14. И это при том, что с 1979 года нет никакой технической поддержки этих самолетов со стороны производителя. Еще при шахе в Иране заложен очень серьезный инженерный и конструкторский потенциал, которые в том или ином виде продолжает развиваться. А врачи, учителя, инженеры и конструкторы – самые престижные и высокооплачиваемые профессии.

— Какова вероятность того, что ситуация перерастет в вооруженный конфликт между Саудовской Аравией и Ираном?

— Саудовский истеблишмент – люди гордые и высокомерные. Их жестоко унизили, причем сделали это публично. И всем ясно, что они просто обязаны ответить на брошенный вызов. Иными словами, наследный принц Мохаммед бин Салман должен показать всему миру, что он мощный мужик, который управляет ситуацией и может защитить свою страну. Если он этого не сделает, то вряд ли вообще сможет когда-нибудь занять престол. Но очевидно и другое: несмотря на первоклассное техническое оснащение, вооруженные силы королевства в одиночку не способны на крупномасштабную военную операцию против Ирана. А значит, им в любом случае придется привлечь США.

— А как они расплатятся с Вашингтоном США? Увеличат закупки военной техники еще на пару десятков миллиардов долларов?

— Это самый простой способ, он открывает колоссальные возможности для коррупции и позволяет учесть личные интересы людей, задействованных в этом деле с обеих сторон. Кстати, в прошлогоднем пакете оружейных контрактов на 110 миллиардов долларов, который так широко разрекламировал Трамп, примерно треть приходится на новые средства ПВО, в том числе Patriot PAC3, одна батарея которого стоит миллиард долларов.

— Но какие бы комплексы ПВО не закупали саудиты, очень похоже, что их систему противовоздушной обороны это не сильно укрепит. Только за последние 2 года хуситы нанесли около сотни воздушных ударов по Саудовской Аравии, но сбитые местными военными средства поражения можно пересчитать по пальцам…

— Но тут нет ничего нового. Саудиты уже не раз демонстрировали свою полную беспомощность. Если бедуина переодеть в натовские штаны и вместо карамультука дать ему Patriot PAC3, качественных изменений не произойдет.

— Каким может быть ответ саудитов?

— У них есть великолепные ВВС, на вооружении которых стоит порядка полутора сотен истребителей четвертого поколения F-15 и еще около 70 Eurofighter Typhoon. И они вполне могут задействовать всю эту группировку для нанесения удара по Ирану. Если это произойдет, то мы воочию сможем наблюдать в действии боевую работу иранских С-300 и "Тор-М1". Более того, велика вероятность, что эта работа окажется результативной – почти наверняка они кого-то собьют. Ирану уже давно следует привести в полную боевую готовность всю систему ПВО страны, и, конечно, прикрыть прежде всего объекты нефтяной инфраструктуры и морские порты. Именно они — наиболее вероятная цель саудовского удара.

— Главком ВКС Корпуса стражей исламской революции Амир Али Хаджизаде уже заявил, что Тегеран готов к войне и в случае нападения намерен атаковать все авианосные группы и военные базы США, находящиеся в радиусе 2 тысяч километров от иранской территории. По нашим подсчетам у Ирана есть порядка 500 ракет средней дальности, которых хватит не только для того чтобы атаковать американские ВВС и ВМС в регионе, но и уничтожить почти всю нефтяную инфраструктуру в Саудовской Аравии…

— И это главный сдерживающий фактор. На самом деле, большая война не выгодна ни Трампу, ни Ирану, ни Саудовской Аравии. Но мне сложно сказать, насколько рационально поступит сам Мохаммед бин Салман в нынешней внутриполитической ситуации в его королевстве.

— Это намек на возможный дворцовый переворот?

— Там действительно может произойти все что угодно. Не стоит забывать, что реально претендовать на саудовский престол могут не менее трех человек. И принц Мухаммед далеко не самый легитимный из них. Наследником он стал только благодаря волевому решению короля Салмана, после того как тот изменил правила престолонаследия. Но что сделал принц Мухаммед? Начал войну в Йемене, которой не видно ни конца, ни края. Боевые действия уже перекинулись на территорию Саудовской Аравии – хуситы регулярно совершают вылазки в приграничные провинции, уничтожают саудовские патрули, жгут блокпосты, обстреливают своими ракетами Эр-Рияд и другие города. Это все тактические успехи йеменцев, но они очень болезненно воспринимаются саудитами. Получается, что вся их вот эта голубокровная армия, вооруженная сверхсовременной техникой не может справиться с какими-то крестьянами. А саудовская коалиция, которая воюет против хуситов трещит по швам -- ОАЭ уже начали играть в свою игру и открыто выразили недовольство действиями Саудовской Аравии. Но это еще не все. Полностью испорчены отношения с Катаром. А все попытки саудитов ввести против этой страны тотальную блокады с треском провалились – Катар не только договорился с США, но и весьма успешно противостоит Саудовской Аравии в Ливии. Наконец, можно вспомнить и высказывания принца Мухаммеда четырехлетней давности, когда он, еще будучи министром обороны обещал выкинуть русских из Сирии за три дня. Но в итоге в ситуацию пришлось вмешаться самому королю Салману, который лично поехал в Москву к Владимиру Путину урегулировать все вопросы.

Еще один важный момент – это противостояние элит внутри королевства. Именно по приказу принца Мухаммеда полтора года назад власти королевства арестовали несколько десятков его родственников-миллиардеров, которые вынуждены были расстаться со своей собственность в обмен на свободу.

Иными словами, мы видим один провал за другим. И все бы ничего, но уж слишком многих обидел наследный принц. А очередь-то на трон никуда не делась – она стоит и там идет брожение. Безусловно, я не знаю всех раскладов в этом королевстве, но думаю, что другим наследникам есть что предъявить принцу Мухаммеду.

— Если боевые действия все-таки начнутся, то Иран и Йемен наверняка попытаются поднять восстание в восточных провинциях Саудовской Аравии, населенных преимущественно шиитами. Но могут ли они рассчитывать на успех?

— Это первое, что приходит в голову при таком раскладе. Но масштабных восстаний шиитов на востоке Саудовской Аравии в последнее время мы не наблюдали. Это говорит о том, что либо там очень хорошо работают саудовские спецслужбы, либо иранцы очень тщательно скрывают свою агентурную сеть. Не секрет, что из восточной провинции десятки, если не сотни тысяч паломников ездит в Иран, прежде всего, в Кум. Богословская школа в этом городе считается среди шиитов второй по значимости после школы в иракском Эн-Наджафе. Кроме того, именно в Куме проживают большинство шиитских духовных лидеров. И конечно, подавляющее большинство саудовских шиитов так или иначе лояльны Ирану и при определенной ситуации могут открыто выступить на его стороне. Но скорее всего Иран приберег этот козырь на случай войны. Это их ultima ratio.


Tags: БЛА, Иран, Макиенко, ПВО, РЭБ, США, Саудовская Аравия, хуситы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 163 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →