?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Американо-британские учения подводных сил ICEX – арктическая угроза для России
bmpd




Газета "Независимое военное обозрение" опубликовала очередную статью Максима Климова "ICEX – арктическая угроза для России. Сможет ли отечественный флот ответить на вызов американцев", в которой говорится, что в минувшем году ВМС США и Великобритании успешно провели в Арктике очередные «ледовые» учения ICEX, в которых были задействованы американские и британские атомные подводные лодки (ПЛА). При этом данные учения вызвали широкий общественный резонанс и в Соединенных Штатах, и в нашей стране. Российские СМИ запестрели публикациями о якобы «вмерзших в лед» ПЛА ВМС США, «сорванном ракетном ударе по РФ» (учебном, разумеется). Увы, отклики этих нелепых и абсолютно некомпетентных публикаций продолжаются во многих СМИ и в Сети до сих пор.


12-9-1

Подъем американскими подводниками через лунку во льду выстреленной в ходе «ледовых» учений ICEX 533-мм практической торпеды серии Mk 48 (c) ВМС США

Впрочем, в США и Великобритании эти учения, в которых в общей сложности приняли участие три атомохода – американские «Хартфорд» (SSN-768) типа «Лос-Анджелес» и «Коннектикут» (SSN-22) типа «Сивулф», а также британская «Тренчант» (S-91) типа «Трафальгар», – также сопровождались многочисленными публикациями и репортажами в СМИ вплоть до широкой демонстрации кадров торпедных стрельб американских ПЛА, в предшествующие годы жестко цензурированных. А репортаж специального корреспондента CNN Джима Сьютто с борта подлодки «Хартфорд» вышел с хлестким и агрессивным заголовком: «Атомная субмарина бросает вызов России в Арктике».

В пресс-релизе Пентагона по поводу данных учений было указано: «Учения предоставляют подводным силам США и партнерам из британского флота возможность протестировать боевые и оружейные, гидроакустические системы, а также системы связи и навигации в сложной оперативной обстановке». В свою очередь, руководитель учения контр-адмирал Джеймс Питтс, начальник Центра разработки методов ведения подводной войны (UWDC), заявил: «С военной, географической и научной точки зрения Северный Ледовитый океан действительно уникален и остается одной из самых сложных океанских сред на Земле». При этом, по его словам, «уникальная акустическая подводная среда дополнительно усложняется наличием неровного, отражающего звук ледяного покрова».

Впрочем, несмотря на сложные условия, по итогам учений командир ПЛА «Хартфорд» Мэтью Фаннинг заявил корреспонденту CNN: «Наши подводные силы способны действовать здесь так же, как мы действуем вдоль нашего восточного побережья и во всем мире».

ПРОТИВОСТОЯНИЕ ПОДО ЛЬДОМ

Противостояние ВМС США и ВМФ СССР подо льдами Арктики началось буквально с первых лет применения атомных ПЛ. Сначала это были просто походы подо льдом и всплытия в ледовых условиях, а затем началась отработка противолодочных действий друг против друга. При этом необходимо отметить, что дальности взаимного обнаружения первых ПЛА были малы, равно как и радиусы реагирования (дальности захвата) систем самонаведения (ССН) стоявших на вооружении торпед, в результате чего обеспечивалась возможность достаточно надежного поражения целей, особенно в условиях отсутствия средств гидроакустического противодействия (СГПД).

С учетом принятия в ВМС США на вооружение в конце 60-х – начале 70-х годов прошлого века новых гидроакустических средств с цифровой обработкой, а также принимая во внимание резко возросшие дальности обнаружения ПЛ ВМФ СССР и появление новых торпед со значительно возросшим радиусом реагирования ССН, крайне остро встала проблема обнаружения и поражения целей с больших дистанций в условиях высокого уровня естественных помех. Для решения этих вопросов, проверки новой техники, выработки эффективной тактики подледных действий ВМС США с конца 1960-х годов и проводят учения ICEX.

Для в ВМФ СССР в это время с учетом значительного превосходства ПЛА ВМС США в скрытности и акустике сложные условия и ледовый покров Арктики стали важным средством маскировки подлодок. Кроме того, при наличии ледового покрова над нашей ПЛ переставал представлять опасность один из самых серьезных противников подлодок – противолодочная авиация США и НАТО. В первую очередь эти факторы были использованы для повышения боевой устойчивости группировки морских стратегических ядерных сил (МСЯС), поэтому с конца 1970-х годов для стратегических ракетоносцев Северного флота проектов 667Б и 667БД, вооруженных межконтинентальными БРПЛ, походы «под лед» стали обычной задачей.

Параллельно с началом освоения подледных походов при несении боевой службы ракетными подводными крейсерами стратегического назначения (РПКСН) «под лед» стали ходить и многоцелевые ПЛА, но уже с противолодочными задачами (в том числе прикрытия своих МСЯС).

При этом необходимо отметить, что далеко не всегда в Арктике наблюдается высокий уровень «фоновых» помех. Их наличие обусловлено в первую очередь подвижками льда, однако бывает и «ледяное спокойствие», когда, как писал на форуме РПФ гидроакустик с тяжелого РПКСН проекта 941, «подо льдами уровень (гидроакустических) помех резко падает». «Измеритель уровня помех даже в третьем диапазоне «улетает» в «глубокие минуса». Это, кстати, камень в огород тех, кто уверен, что наши «пароходы» (подлодки. – М.К.) очень шумные», – подчеркивал он. При этом проблемы с гидролокационным обнаружением, что является основным режимом работы ССН торпед, из-за множества отражений от неровностей льда имеются практически всегда.

Возможности же гидроакустики противника позволяли, обнаружив наши ПЛ, поддерживать с ними длительный контакт и в сложных фоновых условиях, примером чему могут служить воспоминания командира РПКСН К-465 капитана 1 ранга В.М. Батаева о столкновении с английской АПЛ подо льдом: «Иностранная ПЛА обнаружила нашу тактическую группу (РПКСН проекта 667Б и многоцелевая ПЛА проекта 705. – М.К.) еще в Баренцевом море. Пользуясь преимуществом своего гидроакустического комплекса, она определила для себя главную цель – РПКСН и установила за ней скрытное слежение, целью которого являлось выявление маршрутов и районов нашего патрулирования и уничтожение в случае начала боевых действий. Продолжая слежение уже подо льдами, командир иностранной ПЛА где-то не рассчитал дистанцию. Не исключено, что из-за той же акустической какофонии». Далее капитан 1 ранга В.М. Батаев указывает: «Динамика столкновения мне вырисовывается следующей. РПКСН ударил ПЛА в нижнюю часть корпуса и добавил ограждением и крышей рубки. ПЛА, получив толчок вверх, начала всплывать, а РПКСН погружаться. Затем ПЛА, очевидно, имея повреждения, вышла из-подо льда на чистую воду и двинулась в сторону портов своего союзника Норвегии или домой в надводном положении».

Однако обнаружить и отследить подлодку в мирное время – это лишь полдела. С началом боевых действий противник должен быть уничтожен. При этом ледовые условия ввиду многочисленных неровностей и изломов ледового покрова и фоновых помех крайне сложны для применения торпед.

КАКОВЫ ЗАДАЧИ ICEX

Какие же задачи отрабатывают американские и британские подводники на рассматриваемых учениях? Если коротко, то весь круг традиционных задач: управление ПЛ с береговых командных пунктов, обнаружение и слежение за малошумными подводными целями с использованием как пассивных, так и активных средств обнаружения, отработка дуэльных ситуаций между ПЛА, вопросы применения оружия в ледовых условиях и пр. Причем вопросы торпедных стрельб в ходе этих учений идут «по красной строке». Например, в ходе ICEX-2003 ПЛА «Коннектикут» отстреляла 18 торпед!

«Основная цель ICEX-2018 – протестировать подо льдом новые системы оружия и проверить тактику его использования», – заявил глава одного из подразделений Центра боевого применения подводных сил и руководитель испытаний Райан Дропек: «Как только водолазы доставят нам эти торпеды, мы сможем извлечь важные данные о том, как они работают и реагируют в этих условиях».

При этом следует отметить, что вопросы отработки всплытия ПЛА в ледовых условиях имеют минимальную боевую ценность и отрабатываются с целью демонстрации «арктических» возможностей кораблей, организации отдыха экипажей и подготовки к действиям в аварийной ситуации. А последние периодически возникают. Так, в марте 2007 года при проведении учений ICEX на борту ПЛА ВМС Великобритании «Тайерлес» взорвалась регенеративная установка, вспыхнул пожар, погибли два члена экипажа ПЛА.

Наиболее интересным вопросом является методика выполнения торпедных стрельб подо льдом и подъема выстреленных торпед. Непосредственно по стрельбам информация, публикуемая ВМС США, минимальна, однако по косвенным данным определенные выводы сделать можно. При этом довольно подробная информация имеется по организации подъема выстреленных торпед, хотя в соответствии с практикой ВМС США, когда в открытом доступе находится много рабочих документов, ключевые вопросы в них, как правило, замазаны черной краской, то есть подвергаются довольно жесткой цензуре.

На основе анализа имеющейся в открытом доступе информации ВМС США можно сделать вывод, что наличие эффективного телеуправления позволяет эффективно, надежно и безопасно применять торпеды как в «дуэльных ситуациях» (с поиском, обнаружением и атакой «противника»), так и в режиме применения по себе своей же торпеды. При этом наличие бортового комплекса ГПД на ПЛА ВМС США позволяет обеспечить противодействие при стрельбах даже без применения выстреливаемых средств ГПД.

При этом телеуправление торпед позволяет даже одним выстрелом обеспечить целый ряд испытаний в разных условиях (глубина хода, дифферент торпеды, режимы работы ССН) за счет возможности постоянного контроля и управления торпедами и наличия телеметрической информации с них в реальном масштабе времени. Наконец, телеуправление играет ключевую роль в обеспечении возможности подъема торпеды из-подо льда. Несмотря на наличие «стукачей» (обозначителей торпед), с учетом большой дальности хода торпед и сложных фоновых условий поиск всплывших или, как говорят, «приледнившихся», торпед крайне затруднен. Однако телеуправление позволяет контролировать выстреленные торпеды до самого приледнения и с хорошей точностью определять их место.

По звукоподводной связи координаты всплывших торпед передаются на ледовый пункт управления, откуда в назначенную точку вылетают вертолеты. Команда из трех-четырех человек сверлит ряд отверстий («лунок») для водолазов, а также одно отверстие для торпеды, которая затем поднимается вертолетом. «Как только мы узнаем местоположение торпеды и «лунок», водолазы спускаются в воду, чтобы разместить балластные грузы на тросе, прикрепленном к хвостовой части торпеды для изменения плавучести торпеды от положительной к нейтральной с целью ее перемещения к «лунке» для последующего подъема», – пишет лейтенант Кортни Каллаган из группы обеспечения проведения учений ICEX. Безусловно, с инженерной точки зрения все задумано и сделано остроумно, а затем смело воплощено на практике.

И все же далеко не все здесь идеально. С высокой вероятностью можно предполагать, что с момента приема на вооружение торпед «Спирфиш» ПЛА ВМС Великобритании стрелять на ICEX или совсем перестали, или делают это крайне редко. Причина – в дополнительном окислителе унитарного топлива ОТТО-II, перхлорате аммония, примененном в энергоустановке «Спирфиш» для повышения ее характеристик. Да, характеристики получили, и «Спирфиш» стала самой скоростной западной торпедой (более 70 узлов), но ценой того, что при работе силовой установки образовывались активные хлорсодержащие соединения, которые при задержке с разоружением торпеды после выстрела «съедали» горячий тракт силовой установки. С учетом очень высокой стоимости «Спирфиша» (более 3,5 млн долл.) выстрел ею получался «золотым». Соответствующие выводы английские специалисты сделали, и при модернизации «Спирфиш» перхлорат аммония удаляется, силовая установка торпеды остается на унитарном топливе ОТТО-II (как и американские торпеды Mk48). С учетом того, что назначенный срок модернизации «Спирфиш» заканчивается, существует вероятность того, что ПЛА «Тренчант» стреляла на ICEX-2018 новыми, модернизированными торпедами «Спирфиш» для проверки их новых ССН в ледовых условиях.

А ЧТО У НАС?

С нашими так называемыми партнерами ситуация понятна. А что же ВМФ РФ?

Ключевой проблемой российского ВМФ в Арктике является то, что у нас вообще никогда не проводилось торпедных стрельб подо льдом с включенными системами самонаведения. Таким образом получаем, что у «вероятного противника» – жесткая боевая подготовка, максимально приближенная к реальным условиям, а у нас – «арктический фитнес». Единственное, что было сделано в СССР, так это проведены батисферные (стоповые) испытания систем самонаведения торпед со льда, причем последние из них были проведены аж в 1971 году!

В статье «Батисферные хроники», опубликованной в сборнике воспоминаний сотрудников ЦНИИ «Гидроприбор», ее авторы Н.Х. Бойченков, Ю.Н. Бухалов и В.Н. Шехин указывали, что по решению Совмина СССР ЦНИИ «Гидроприбор» совместно с Арктическим и антарктическим научно-исследовательским институтом «организовал проведение второй арктической экспедиции на специально созданной дрейфующей станции СП-20», в рамках которой проводились «исследования работоспособности ССН серийных и опытных торпед МГТ-3, СЭТ-40, АТ-2, УСТ, УМГТ-1, а также измерение входных воздействий аппаратурой с параметрами ССН торпеды МГТ-1 при использовании батисфер, опускаемых на тросе в воду через... лунки-проруби». Всего, по данным авторов статьи, «в период с июля 1970 года по апрель 1971 года было выполнено несколько десятков... испытаний ССН всех типов». Впоследствии, уже в 1980-е годы, пишут авторы, «обсуждались планы организации очередной... экспедиции в Арктику для проведения стоповых натурных испытаний перспективных образцов ССН, однако набиравшая обороты перестройка и экономические причины сделали их реализацию невозможной». Возможно, считают авторы, что именно в отсутствии испытаний отчасти скрыта причина тех трудностей, которые переживают разработчики отечественных систем самонаведения в процессе создания новой техники. «Модели – моделями, но эксперимент никто не отменял. И следует иметь в виду, что получение экспериментальной информации… при использовании батисфер требует на порядок меньших затрат по сравнению с торпедными стрельбами», – подчеркивают авторы упомянутой статьи.

И что же мы в итоге имеем на сегодня?

Все просто, а точнее – печально. Российский Военно-морской флот не только не имеет ни одного выстрела торпедами с включенными системами самонаведения в ледовых условиях, но до самого последнего момента не имел торпед, способных надежно наводиться в ледовых условиях. Сейчас такие торпеды появились – это «Физик-1» с телеуправлением, которое, подчеркну, крайне важно в ледовых условиях, в том числе при стрельбе на короткие дистанции. Но дело вновь с мертвой точки не движется.

Вопрос о проведении своих специальных учений, аналогичных ICEX, многократно ставился инициативными офицерами российского ВМФ, однако «воз и ныне там». Причины отказов в организации таких учений варьируются от «нет денег» до откровенной боязни «вскрытия» острых проблемных вопросов. В результате мы получили ситуацию, когда сегодня подводные силы ВМФ РФ в подледных условиях фактически небоеспособны. Очевидно, что данная ситуация нетерпима и необходимы решительные меры по ее исправлению в кратчайшие сроки.




  • 1
И после этого Евменов предлагает сократить цикл боевой подготовки? А не засланный ли казачок сей мил человек. Я уже не первый раз вижу как флотское командование пытается подставить высшее военно-политической руководство. А не пора ли уже знакомить зубы господ адмиралов с обычными напильниками и плоскогубцами?

  • 1