bmpd (bmpd) wrote,
bmpd
bmpd

Category:

Борьба Ирана с внутренними угрозами

Дружественный ресурс "Перископ 2" продолжает публиковать материалы специального выпуска журнала «Экспорт вооружений». Предлагаем ознакомиться со статьей Юрия Лямина "Борьба Ирана с внутренними угрозами" в сокращенной версии (полный вариант доступен на сайте "Перископ 2").

Несмотря на бушующие вокруг него конфликты, Иран – одно из наиболее стабильных государств Ближнего и Среднего Востока. Но если ситуация в основной части страны остается спокойной, то в некоторых приграничных районах центральные власти сталкиваются с угрозами безопасности со стороны различных группировок и преступных элементов, которые пытаются дестабилизировать ситуацию там.

Беспокойная восточная граница: наркотики и экстремизм

Приграничные с Афганистаном и Пакистаном восточные районы вот уже многие годы являются одними из наиболее проблемных частей страны. Общая протяженность границы Ирана с этими двумя странами составляет более 1800 км. Проходит она в основном по горным, пустынным и полупустынным районам, часть которых является зоной обитания различных племен.


iran-jumbo

Иранские пограничники и конфискованные наркотики из Афганистана, не позднее 2012 года (с) Abedin Taherkenareh/European Pressphoto Agency





Самые крупные племена – ираноязычного народа белуджей, которые проживают на территории современной юго-восточной части Ирана, юго-западной части Пакистана и самой южной части Афганистана. Юго-восточная провинция Ирана так и носит название Систан и Белуджистан и является самой большой по территории провинцией страны.

В отличие от государственной религии Ирана – шиитского направления ислама, которое исповедует большинство населения страны, большинство белуджей придерживаются суннитского направления ислама. Многие белуджи по-прежнему ведут кочевой или полукочевой образ жизни, как и их предки. Всего в Иране проживает по различным оценкам от 1,5 до 2 млн белуджей.

Одним из традиционных способов заработка у племен в приграничных районах является контрабанда, на которую власти приграничных стран долгое время не обращали особо пристального внимания из-за удаленности и неразвитости территорий. Плотный контроль за такой сложной и протяженной границей требует больших расходов, а Систан и Белуджистан был и остается одной из наиболее бедных иранских провинций c высоким уровнем безработицы среди местного населения.

Ситуация серьезно изменилась за последние три десятилетия, и это напрямую связано с контрабандой наркотиков. Сама по себе культура употребления опиума не является каким-то новым феноменом и имеет давнюю историю на Среднем Востоке. В XIX веке при династии Каджаров выращивание опийного мака и употребление продуктов его переработки получили широкое распространение среди разных слоев иранского населения на фоне упадка страны и бедствий населения. Таким образом, по некоторым оценкам, к середине XX века до 11% взрослого населения Ирана употребляли наркотики[1].

Распространение наркомании никак не могло сочетаться с мечтами последнего шаха Ирана Мохаммада Реза Пехлеви по восстановлению величия древней персидской державы. В 1955 г. в Иране были запрещены выращивание и оборот опиума, что привело к падению употребления наркотиков в стране, но не привело к ликвидации наркомании. Поэтому после победы исламской революции в 1979 г. в Иране продолжили усиливать борьбу с производством, торговлей и употреблением наркотиков.

Новое революционное правительство Ирана в борьбе с наркоторговлей задействовало жесткие меры, включающие активное применение смертной казни. Они были закреплены законом «О борьбе с употреблением наркотиков», принятым в 1988 г. и действующим с поправками до сих пор. Большинство из 530 казненных в Иране в 2016 г. были приговорены к смертной казни за дела, связанные с наркотиками,[2] и подобная статистика характерна для Ирана уже много лет.

Закон предусматривает смертную казнь за производство, торговлю, хранение и перевозку более чем 30 граммов тяжелых наркотиков (таких как героин, кокаин и пр.), за производство и распространение свыше 5 кг более легких наркотиков (опиум, гашиш и пр.), за выращивание опийного мака и конопли в случае многократного рецидива и т.д.[3]

На тяжесть преступлений, связанных с наркотиками, указывает и тот факт, что эти дела рассматриваются не обычными судами, а исламскими революционными судами.

Революционные суды в Иране – это особая часть судебной системы, к компетенции которых, кроме оборота наркотиков, также относятся все преступления против безопасности государства, покушения на убийство государственных и политических деятелей, хищения государственного имущества[4].

Сейчас в иранском парламенте рассматривается законопроект, который предполагает в ряде случаев смягчить наказание за хранение и перевозку наркотиков, если преступление совершено в первый раз, заменив смертную казнь длительными сроками тюремного заключения. Но законопроект еще не принят и даже в случае его принятия смертную казнь за наиболее тяжкие преступления в сфере наркоторговли, как и в случае рецидивов, все равно предполагается сохранить.

Беспощадная война с производством наркотиков позволила практически задавить выращивание опийного мака для производства наркотиков внутри Ирана, но на первый план вышла проблема контрабанды наркотиков из-за границы.

Первые законы о борьбе с контрабандой наркотиков были приняты еще при шахе[5], тогда же начали предприниматься меры по пресечению поставок наркотиков из Афганистана и Пакистана, которые продолжились уже после революции. Однако бесконтрольный рост производства опиумных наркотиков на фоне нескончаемой гражданской войны в соседнем Афганистане привел к тому, что Иран начиная с 1990-х гг. стали захлестывать потоки наркотиков оттуда.

Согласно докладу Управления ООН по наркотикам и преступности от 2003 г., производство опиума в Афганистане в 2002 г. по сравнению с 1979 г. выросло более чем в 15 раз, примерно с 200 до 3422 тонн. Одновременно с этим был отмечен быстрый рост количества конфискованных в Иране наркотиков (опиума, героина и других наркосодержащих веществ) от десятков тонн в 1980-х гг. до сотен тонн со второй половине 1990-х гг.[6]

К нашему времени Иран уже много лет удерживает мировое лидерство по количеству конфискуемых опиумных наркотиков. В 2014 г. на Иран приходилось 75% конфискованного во всем мире опиума, 61% морфина и 17% героина[7]. Но поток поступающих из Афганистана наркотиков настолько велик, что и этого оказывается недостаточно.

Иран стал не только крупным потребителем, но и транзитером опиумных наркотиков из Афганистана на их дальнейшем пути в Европу. Основные маршруты поставок наркотиков в Иран прошли как непосредственно через отдельные районы на границе с Афганистаном, так и через Пакистан. В наркоторговле активно участвуют некоторые представители белуджских племен, пользуясь племенными связями сразу в трех соседних государствах и знанием местности.

Кроме наркотиков, в Иран из Афганистана и Пакистана проникает оружие и другие товары, что запрещены к ввозу в Иран или оборот которых ограничен. В свою очередь, из Ирана контрабандой вывозятся бензин и дизельное топливо.

Хорошо вооруженные банды контрабандистов не боятся даже вступать в столкновения с патрулями сил охраны правопорядка Ирана (полицейские силы страны), в состав которых входят антинаркотическая полиция и пограничная охрана.

Иранская полиция несет серьезные потери в борьбе с наркоторговцами. В 2015 г. заместитель постоянного представителя Ирана в ООН Голамхосейн Дехгани в своем выступлении на Третьем комитете Генеральной Ассамблеи ООН сообщил, что в войне с наркоторговцами погибло около 4000 сотрудников антинаркотической полиции и еще 12 тыс. получили ранения[8].

<...>

Tags: Иран, Перископ.2, журнал Экспорт вооружений, исламисты, курды, наркотики, полиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments