?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Советская артиллерия в боях за остров Даманский
bmpd

Интересная статья об участии советской артиллерии в боевых действиях с китайцами в ходе конфликта за остров Даманский в марте 1969 года размещена в ЖЖ tri_tire_tochka - прямая ссылка .



Советская артиллерия в боях за остров Даманский

Д.С. Рябушкин, В.Д. Павлюк

В данной статье рассматриваются обстоятельства и практика боевого применения ствольной и реактивной артиллерии в советско-китайском пограничном конфликте марта 1969 года.

15 марта 1969 года

С целью решения ряда внутри- и внешнеполитических проблем китайское руководство во главе с Мао Цзэдуном в конце 60-х годов пошло на резкое обострение отношений с СССР. Пиком этого обострения стали события марта 1969 года в районе острова Даманский на реке Уссури, где власти Китая спровоцировали крупное вооруженное столкновение советских и китайских войск.

Военным результатом боев за остров Даманский стало поражение Народно-освободительной армии Китая (НОАК) – и это при том, что на поле боя подавляющее численное превосходство в живой силе постоянно было за китайской стороной (соотношение примерно 10 : 1). В техническом плане советские войска также не имели принципиального преимущества, ибо стороны применяли схожее по тактико-техническим данным вооружение, изобретенное в СССР. Таким образом, победу советских войск в бою за остров Даманский можно объяснить существенно более высокой командно-штабной выучкой советских офицеров, а также боевым и морально-психологическим превосходством советских солдат.



Боевые действия за остров Даманский в решающий день конфликта 15 марта 1969 года можно разделить на три этапа.

Первый этап – нападение китайцев на остров

С рассветом 15 марта китайская пехота атаковала советских пограничников с целью захвата Даманского. На этом этапе советская сторона задействовала в бою лишь пограничные подразделения, вооруженные легким стрелковым оружием, и огневые средства бронетранспортеров БТР-60ПБ.

Второй этап – срыв плана командования НОАК

Китайская сторона ввела в бой до полка пехоты, при поддержке артиллерийских и минометных батарей (взводов). В этих условиях советские пограничники уже не могли противостоять превосходящим силам противника, и возникла реальная угроза утраты острова советской стороной. К 15.00 часам 15 марта 1969 года китайская пехота заняла западный берег острова Даманский, непрерывно атакуя подразделения пограничников на восточном берегу и готовясь к решающей атаке и захвату всего острова.

Именно тогда советское командование решило применить артиллерию 135-й мотострелковой дивизии, развернутой к этому времени на восточном берегу реки Уссури.

В состав штатной артиллерии 135-й мотострелковой дивизии входили:

1) 378-й артиллерийский полк без 3-й, 6-й и 9-й батарей (войсковая часть № 40888, командир полка – подполковник Борисенко В.П.). В полку на день боя имелось 24 гаубицы М-30 калибром 122–мм и 12 гаубиц Д-1 калибром 152–мм.

2) 13-й отдельный реактивный артиллерийский дивизион без 3-й батареи (командир дивизиона – майор Ващенко М.Т.). В дивизионе имелось 12 реактивных установок БМ–21 «Град»,

3) отдельная противотанковая батарея (командир батареи – старший лейтенант Абрамов В.). В батарее – шесть противотанковых пушек Т-12 калибром 100 мм.

К 15.00–15.30 часам 15 марта 1969 г. первый и второй артиллерийские дивизионы 378-го артиллерийского полка, имевшие на вооружении по двенадцать 122-мм гаубиц М-30, находились на огневых позициях на удалении 4–5 км восточнее острова Даманский (схема 1). Третий дивизион полка в это же время еще только выдвигался в район огневых позиций – и тому была своя причина. 2

Дело в том, что район огневых позиций для третьего артиллерийского дивизиона был спланирован в 4 км северо-восточнее острова Даманский. Огневые подразделения дивизиона, спустившись с крутого спуска северо-восточных отрогов горы Красная, выдвинулись в указанный район. Прибыв в район огневых позиций, командир дивизиона обнаружил, что место хорошо просматривается с китайского берега, и сообщил об этом вышестоящему командованию. Командование артиллерийского полка наметило новый район огневых позиций для третьего дивизиона (см. схема 1). Артиллерийские батареи дивизиона вынуждены были повернуть назад и двинуться в обратном направлении. Однако автомобили и тягачи с гаубицами не могли преодолеть крутого обледенелого подъема и скатывались вниз. Это продолжалось 30-40 минут, пока группа военнослужащих на одном из тягачей не обошла перевал по целине, проложив тем самым дорогу остальным машинам. На все это ушло время, поэтому, когда 3-й дивизион все же прибыл на место, 1-й и 2-й дивизионы 378-го артиллерийского полка уже вели огонь по противнику. При этом каждая из стрелявших батарей успела выпустить по китайцам около 300 снарядов. Как вспоминают очевидцы, расчеты орудий были так разгорячены боем, что некоторые солдаты разделись по пояс до нательного белья – и это при морозе около минус 10С.

13-й отдельный реактивный артиллерийский дивизион к 15 марта уже был развернут в боевой порядок. Командно–наблюдательный пункт (КНП) дивизиона располагался на юго-западных скатах горы Кафыла (см. схему 1), а огневые позиции реактивных батарей были в 9 км восточнее острова Даманский.

Вспоминает Михаил Тихонович Ващенко:

Тринадцатого вечером вернулись мы в казармы. Это уже был конец, исход дня. Личный состав уже готов был идти отдыхать, технику ставить на места. Вызвали меня к командиру корпуса. Там так получилось, что сам корпус стоял возле нас в Лесозаводске, непосредственно в городке Медведнитском, а командир дивизии – ближе к северу, километрах в семидесяти оттуда. Ну, и командир корпуса генерал-лейтенант Ржечицкий поставил задачу: выдвигаться на север, забрать с собой все для готовности, как он сказал, «длительной жизни и учебе в полевых условиях». Это было понятно. У нас всегда все время с собой было все. Пришлось солдат вернуть в парки. Накоротко собрал я офицеров и младших командиров и сказал, что понятно, что к чему. Взяли необходимый запас топокарт, продовольствия на четверо суток сухим пайком. И пошли. Ночь как раз была. Это, значит, с тринадцатого на четырнадцатое. Ночь. Хотя и усталые были бойцы у нас. Особенно водительский состав. Офицеры тоже. Но выдержали...

На 16.20 15 марта в результате огня ствольной артиллерии по огневым позициям и огневым средствам китайской стороны, а также решительных действий пограничников, удалось остановить продвижение китайцев вглубь территории острова. Китайская сторона была вынуждена перейти к обороне захваченных позиций в западной части Даманского. В то же время китайцы подтягивали резервы, чтобы решительной атакой уничтожить советских пограничников на восточном берегу и захватить остров.

В это время наступил третий, заключительный этап борьбы за остров Даманский.

Советское командование приняло решение об освобождении территории острова до наступления темноты. Для этого была спланирована совместная атака пограничников Иманского погранотряда и 2-го батальона 199-го мотострелкового полка после короткого огневого налета артиллерии.

В 17.00 два артиллерийских дивизиона артиллерийского полка, отдельный реактивный дивизион и артиллерия 199-го мотострелкового полка открыли огонь по противнику.

Огневой налет продолжался десять минут. Были уничтожены орудия, минометы и выдвигавшиеся к острову китайские резервы. Особенно велики были потери подразделений НОАК в живой силе в результате огня реактивной артиллерии – от нескольких сотен до нескольких тысяч только убитыми (точное число потерь неизвестно до сих пор).

 В 17.10, сразу после огневого налета, советские пограничники и мотострелки пошли в атаку на противника. Находившиеся на острове китайцы оказали наступавшим упорное сопротивление, однако не смогли сдержать натиска и были вынуждены оставить позиции.

После этого китайские подразделения трижды контратаковали, но всякий раз с потерями откатывались назад. Поняв, что захватить остров Даманский уже не удастся, китайское командование отказалось от дальнейших попыток.

Обращает на себя внимание способ применения артиллерии советской и китайской сторонами. Китайцы в бою использовали стрельбу прямой наводкой, расположив артиллерийские батареи 85-мм пушек на открытых огневых позициях. Советские же артиллеристы предпочитали вести огонь с закрытых огневых позиций, недоступных для наблюдения со стороны противника. Похоже, именно это обстоятельство сыграло важнейшую роль 15 марта 1969 г.: китайцы не обнаружили выдвижение и развертывание советских артиллерийских подразделений и в результате получили такой удар, от которого не смогли оправиться.

История с танком

Как известно, днем 15 марта 1969 г. начальник Иманского пограничного отряда полковник Д.В.Леонов предпринял попытку зайти в тыл китайских подразделений, ведущих бой на Даманском. Для этой цели был задействован танковый взвод отдельного танкового батальона 135-й мотострелковой дивизии (четыре танка Т-62). Леонов на танке с бортовым номером 545 возглавил колонну.

Атака оказалась неудачной: танк № 545 подорвался на мине, полковник Леонов погиб при попытке покинуть подбитую машину. Погиб также заряжающий рядовой Алексей Кузьмин. Танкисты на трех оставшихся танках вышли из-под обстрела противника и вернулись на исходные позиции.

Поскольку в то время танк Т-62 считался секретным, китайцы проявили большую заинтересованность в том, чтобы снять с него некоторые приборы, а еще лучше – вытащить танк на свою сторону.

Стараясь упредить противника, советское командование предприняло 17 марта попытку отбуксировать подбитый танк на правый берег Уссури (16 марта это сделано не было, так как в тот день по всей стране проходили выборы в местные органы власти и военнослужащие тоже участвовали в этом мероприятии).

Для решения этой задачи была привлечена специальная эвакуационная группа, включавшая танки. Однако, заметив приближение советских машин к подбитому танку, китайцы открыли огонь. В ответ ударила артиллерия – реактивные установки «Град» и все три дивизиона 378-го артиллерийского полка.

В частности, 3-й дивизион артиллерийского полка (7-я и 8-я артиллерийские батареи), оснащенный 152-мм гаубицами Д-1, получил задачу подавить китайскую батарею самоходных установок ИСУ-122. Эта батарея (4 самоходных установки) выдвинулась из леса в направлении острова Даманского – по-видимому, с целью ведения огня прямой наводкой по эвакуационной группе. В результате огня дивизиона одна китайская самоходная установка взорвалась, другая загорелась, а две оставшиеся установки скрылись в лесу.

Огонь по китайскому берегу 17 марта был настолько плотным, что командир 3-го дивизиона приказал вести огонь по батарее самоходных установок залпами – чтобы выделить разрывы снарядов дивизиона в общей массе огня.

В ходе боя 17 марта значительная часть китайских огневых средств была подавлена, однако советской стороне не удалось вытащить танк № 545 на свою сторону. Дело в том, что при попытке набросить трос на поврежденную машину погиб танкист младший сержант А.И. Власов, а еще один солдат получил ранение. После гибели Власова операция по эвакуации танка была прекращена и танк так и остался на льду Уссури.

Все дальнейшие события вокруг танка Т-62 были связаны с попытками китайцев снять с танка различные приборы и ответными действиями советской стороны, обстреливавшей место нахождения подбитой машины.

Следует признать, что солдаты НОАК проявили немалую оперативность, успев в темное время суток снять секретное устройство стабилизации пушки и приборы ночного видения.

Советское же командование признало эвакуацию танка неосуществимой, поэтому было решено уничтожить леоновский Т-62 методом подрыва. Взрывали дважды и оба раза неудачно. Сначала заложили слишком мало взрывчатки и она не повредила танк. Затем эту ошибку исправили, но мощный взрыв лишь подбросил танк в воздух. Заметим: оба раза взрывчатку укладывали под танк. Почему не установили заряды внутри машины – никто до сих пор объяснить не может.

Поскольку подрывы не привели к желаемым результатам, решили задействовать два тяжелых миномета М-240 калибром 240-мм. Однако и на этот раз советские военные потерпели неудачу вследствие большого рассеивания мин, особенно по направлению стрельбы.

Тогда решено было привлечь наиболее точные на тот момент орудия, находящиеся в районе острова Даманский. Ими являлись 152-мм гаубицы Д-1. Из состава 8-й батареи было выделено для стрельбы по танку два орудия. Сначала огонь вели осколочно-фугасными снарядами, потом специальными бетонобойными снарядами, чтобы расколоть лед и утопить танк. Расчет был на то, что машина погрузится на дно, потом ее затянет илом и китайцам не удастся перетащить танк на свой берег. В конце марта для решения этой задачи был привлечен также второй артиллерийский дивизион 378-го артполка (всего 12 гаубиц М-30).

Лед действительно проломили, танк погрузился в реку по самую башню. В начале третьей декады апреля артиллерия покинула район острова, и задача прикрытия танка решалась с помощью нескольких крупнокалиберных пулеметов, установленных на советском берегу.

Между тем китайцы приступили к работам по извлечению танка Т-62 со дна Уссури. В частности, для этого была привлечена группа водолазов с одной из военно-морских баз КНР.

Вспоминает Виктор Михайлович Тирских (в марте 1969 года – рядовой, связист Иманского пограничного отряда):

После того как хозяйство Борисенко было снято с границы, для противодействия китайцам в их попытках вытащить танк командир пограничного отряда полковник Алексеев приказал на сопке Кафыла оборудовать три пулеметные точки крупнокалиберными пулеметами Владимирова, позывные: «Роса-1», «Роса-2», «Роса-3». Они открывали огонь, как только китайцы начинали «шевелиться» в районе затопленного танка. Появлялся плот, с которого работали водолазы. Правда, когда они демонтировали башню танка и зацепили ее тросом, плот исчез. За работу взялись тракторы, типа наших С-100, которые, как бурлаки, пытались выдернуть танк почти каждую ночь. В ответ с нашей стороны включались прожекторы и открывали огонь пулеметы. У китайцев на случай обстрела были оборудованы укрытия и траншеи. Я помню доклады командиров о том, сколько патронов было выпущено в сторону танка - 157, 120, 160... На следующий день звонок из округа: «Полковник, Вы что себе позволяете? Китайцы прислали опять ноту. Москва недовольна! Вы обстреливаете их населенный пункт Гунсы и освещаете территорию. Прекратить!». На что полковник Алексеев П.А. отвечал, что наша задача - не допустить захвата танка. И следовал приказ: патронов не жалеть, не допустить захвата танка. Но, к сожалению, в ночь с 1-го мая на 2-е танк при помощи тракторов был вырван из ила и грязи речной протоки и об этом доложил наблюдательный пункт оперативному дежурному отряда. Глубокий след, оставленный танком на влажном грунте, подтверждал это донесение...

В настоящее время этот танк демонстрируется в пекинском Военном Музее.


Кто отдал приказ на боевое применение артиллерии по китайскому берегу?

Весьма любопытным представляется вопрос о том, кто же из советских командиров дал приказ нанести массированный артиллерийский удар по китайскому берегу 15 марта 1969 г.

Тогда, в марте 1969 года, трудно было предсказать последствия такого решения. Пока бой вели советские пограничники и пока китайцы обстреливали исключительно спорный, по их мнению, остров, происходящее можно было считать всего лишь пограничным инцидентом. Однако применение артиллерии, да еще для подавления целей на территории Китая, могло привести к неконтролируемому расширению конфликта.

Поэтому вполне понятно, что никто из облеченных властью лиц не желал брать ответственность на себя – ни командование 135-й мотострелковой дивизией, ни командование округом, ни генералы в Министерстве обороны и Генеральном штабе. Все понимали, что в случае осложнений можно потерять не только должность и погоны, но и кое-что посерьезнее. Что касается первых лиц государства, то Генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И.Брежнев ехал во главе делегации в Будапешт для участия в работе Политического консультативного комитета государств-участников Варшавского Договора. В состав делегации входили Председатель Совета Министров СССР А.Н.Косыгин, министр обороны маршал А.А.Гречко, министр иностранных дел А.А.Громыко, секретарь ЦК КПСС К.Ф.Катушев. (Некоторые авторы ошибочно утверждают, что маршал Гречко находился в Индии. На самом же деле он посетил Индию несколько раньше, в первые дни марта)

Вспоминает сержант Александр Леонидович Князев (в марте 1969 года служил в должности заместителя командира взвода связи батареи управления и артиллерийской разведки 135-й мотострелковой дивизии):

На командном пункте собрались командир дивизии, начальник артиллерии дивизии, старшие офицеры дивизии, командиры подразделений, занявших исходный рубеж вдоль границы. Они тоже наблюдали за происходящим и негромко обменивались мнениями. Командир дивизии генерал-майор Несов приказал соединить его с командующим Дальневосточным военным округом. После доклада об обстановке на острове попросил разрешения произвести огневую поддержку артиллерией подразделениям, уже вступившим в бой с противником. В ответ получил приказ огня не открывать и на остров никого, кроме пограничников, не посылать. Ждать приказа из Москвы...

О том, кто все же принял решение, существуют три версии.

Первая (и наиболее часто повторяемая). Решение принял Л.И.Брежнев, которому сопровождение доложило-таки о сложившейся обстановке – потерях, утрате острова Даманский и т.п. Якобы пораженный этими известиями генсек вызвал генералов и в жесткой форме приказал применить все имеющиеся средства для освобождения острова.

Вторая. Решение принял член Политбюро ЦК КПСС А.Я.Пельше, который после отъезда Брежнева остался в Кремле «на хозяйстве».

Третья. Решение о нанесении удара по китайскому берегу принял тогдашний командующий войсками Краснознаменного Дальневосточного военного округа (КДВО) генерал О.А. Лосик, в последующем – маршал бронетанковых войск. Однако многие участники событий утверждают, что в действительности Лосик был отстранен от управления войсками за нерешительность, проявленную при отражении нападения китайцев.

С двумя первыми версиями все более или менее ясно: если один из членов Политбюро ЦК КПСС действительно отдал приказ, то военные просто «взяли под козырек» и исполнили волю руководства. Не совсем понятна ситуация с третьей версией.

Показательно, что после событий генерал Лосик был переведен в Москву на должность начальника Военной академии бронетанковых войск им. Р.Я.Малиновского. Повышение это или понижение?

С одной стороны, уход с командной работы на преподавательскую всегда рассматривался в армейской среде как почетная ссылка. Но с другой стороны, Лосика перевели в столицу, в Москву, пред очи высшего руководства СССР. К тому же в 1975 году ему присвоили звание маршала бронетанковых войск.

Эти противоречивые факты можно, тем не менее, объединить в одну версию. Скажем, генерал Лосик действительно телефонировал в Москву, просил четких указаний, но не получал их (к тому же из-за разницы во времени в Москве было раннее утро и не все руководители Генштаба находились на работе). Однако время шло, обстановка в районе острова Даманский продолжала ухудшаться и командующий КДВО был буквально вынужден самостоятельно принять решение. Таким образом, и обвинения в промедлении (было промедление!) и решительность генерала Лосика в самый ответственный момент вполне гармонично вписываются в эту версию событий.

Одно время ходили разговоры, что распоряжение об ударе по китайскому берегу дал Лосику генерал армии И.Г.Павловский – главнокомандующий Сухопутными войсками, заместитель министра обороны СССР. Он же, И.Г.Павловский, якобы через несколько дней прибыл на место, где заслушал доклады командиров, участвовавших в сражении.

Ныне можно утверждать со всей ответственностью: никаких указаний командующему КДВО Павловский не давал. Что касается его приезда на место уже после событий, то это правда. Павловский действительно побывал в районе острова и побеседовал с советскими офицерами, участвовавшими в сражении.

Есть и еще одна версия относительно упомянутого приказа – и весьма правдоподобная. Дело в том, что один из авторов данной статьи летом 2004 года беседовал в Москве с генералом П.М.Плотниковым, который в 1969 году занимал должность первого заместителя командующего войсками КДВО . 15 марта 1969 г. Плотников находился на месте событий и, более того, был там старшим по званию. Так вот, ныне П.М.Плотников утверждает, что именно он отдал приказ нанести массированный удар по китайцам. При этом ни с кем не согласовывал это ответственное решение и пошел на такой шаг, поскольку китайцы вели непрерывный обстрел Даманского.

П.М.Плотников вспоминает, что через несколько минут после артиллерийского удара ему позвонил министр обороны А.А.Гречко. Генерал Плотников, полагая, что его сейчас отстранят от занимаемой должности, доложил о произошедшем. Однако министр обороны лишь сказал: «Вы там экономьте боеприпасы» - на том разговор и закончился.

Странная и даже нелепая, на первый взгляд, фраза, произнесенная Гречко, при более вдумчивом анализе представляется вполне логичной. Ведь Гречко не знает, какие последствия лично для него будет иметь решение генерала Плотникова и потому он высказывается так, чтобы при любом развитии событий оказаться в выигрыше.

Например, если использование массированного артиллерийского огня приведет к прекращению боя, Гречко сообщит Брежневу, что в самый ответственный момент боя звонил на место, принимал доклад, дал совет эффективно использовать дорогостоящие боеприпасы и т.п.

Если же решение Плотникова приведет к расширению конфликта, то Гречко доложит иначе: узнав о неправильных действиях генерала Плотникова, он тут же позвонил на место, принял доклад, строго отчитал генерала за неоправданный расход дорогостоящих боеприпасов и т.п.

Так что в любом случае А.А.Гречко мог представить свои действия в самом выгодном свете и получить одобрение Л.И.Брежнева.

Любопытный факт: генерала П.М.Плотникова вышестоящее командование никак не отметило. Его не порицали за отданный приказ (собственно, порицать было не за что, поскольку бой после этого закончился), однако и не наградили. Вполне вероятно, что причина этого состояла в банальной зависти тех военачальников, которые должны были отдать четкий приказ, а не взваливать бремя ответственности на генерала Плотникова. Им просто не хватило смелости рискнуть своими погонами, а решительность П.М.Плотникова была тем укором их профессиональным и человеческим качествам, который они желали поскорее забыть.

 

Литература

1. D.S.Ryabushkin, «The Myths of Damanskii Island (1969)», The Journal of Slavic Military Studies, 2003, Vol. 16, No. 3, pp. 149-172.

2. Д.С.Рябушкин, «Мифы Даманского», АСТ-Москва, 2004, 396 стр.

3. Д.С.Рябушкин, «Остров Даманский. 2 марта 1969 года», Вопросы истории, 2004, №5, С. 148-152.

Схема № 1





  • 1
А Минотавр начинал служить на китайской границе, и от него я узнал реальную историю конфликта на острове Даманский. Сейчас она известна всем, а в 88-м году рассказ о безумной танковой атаке полковника Леонова, и том, что конфликт был прихлопнут самовольным (!) залпом реактивных минометов - впечатлял. "...И когда шестьдесят четыре плюхи туда улетело, - говорил Минотавр, сладко жмурясь, - всякое шевеление на острове прекратилось навсегда"
http://artofwar.ru/d/divov/samohodka.shtml

  • 1